Мастер-класс «Счастье в деятельности» на ОГФ-2018. ВИДЕО. СТЕНОГРАММА

В рамках VI Общероссийского гражданского форума Филипп Гузенюк, эксперт в области лидерства, партнер Института Коучинга Санкт-Петербурга, коуч-консультант, бизнес-тренер провел мастер-класс «Счастье в деятельности».

Этот мастер-класс особенно полезен руководителям коллективов и HR-профессионалам. Его ведущий знакомит участников с авторской моделью «7 источников энергии в работе». Работа может и должна быть источником радости и энергии в жизни. Но очень часто она становится тем, что мешает жить настоящей жизнью, является источником несчастья и отнимает силы. При этом любой взрослый человек может научиться получать больше энергии от своей работы. И любая компания может помочь в этом своим сотрудникам. Мастер-класс помогает создать продуктивное отношение к работе для себя и для компании. 


Публикуем стенограмму:

ФИЛИПП ГУЗЕНЮК:

Этой темой я занимаюсь 10 лет, моя программа обучения длится 7 месяцев. Но сегодня будет очень короткая сборка в таком формате: я расскажу одну мысль и семь историй. 

Мысль следующая. Я работаю лично как коуч, тренер с первыми лицами компаний: крупные холдинги, небольшие квест-компании, работаю с собственными командами. Нас зовут, когда хорошему человеку плохо. Когда все шикарно и отлично - не зовут. Не про розовых единорогов, не про счастье – не про это история. А про то, когда ты в том, что ты делаешь, человек говорит: «я чувствую, что у меня задача в личность не помещается». И вот тогда, когда очень тяжело, когда действительно скучно, сложно, на стрессе, на взводе – вот про эти ситуации. Одна мысль в том, что работа может быть очень мощным источником несчастья, она может прямо выжимать человека, работа может быть совершенно разрушающим фактором трудоголизма. И при этом работа может быть источником счастья, это может быть то, что нас заряжает и действительно наполняет. И, по сути, для каждого из нас есть некая своя точка входа в это состояние «счастье в деятельности». У каждого есть свой путь, свой доступ, свой ключ к этой истории. Я бы хотел в течение этого получаса показать несколько вариантов ключей через реальные истории. Если какой-то из них отзовется – берите, можно смело его использовать. Если то, что я рассказываю, не про вас, не для вас, вы не ощущаете этого – то скорее всего вы правы, поэтому поищите то, что будет вызывать отклик. Есть ли у вас бумага и ручки? Если есть, то стоит достать, потому что мы будем рисовать. Я очень коротко нарисую концепцию, если не получится срисовать, нет ручки, потом можно будет сфотографировать. Я нарисую такую ромашку, которая символизирует семь входов в это состояние «счастье в деятельности». Для себя тоже нарисуйте, если есть ручка, крупно семь лепестков. Я буду называть каждый фактор, название давать, рассказывать историю, вы для себя фиксируйте и если «мурлычит», если ваше, ставьте галочку, что это интересно. Если не про вас, не ваша история, то просто пропускайте. А в конце обсудим, поговорим, что есть для вас максимально ценное. 

Первая история – это история про оптимизм. Оптимизм. Тут я сразу обычно получаю помидором тухлым по голове – Филипп, ты начал с такой банальности – про счастье, про оптимизм, давайте всем улыбаться, находить во всем плюсы – вот эта вот белозубое голливудское, инстаграмное, фейсбучное счастье: радуйтесь и хлопайте, когда на самом деле все плохо в жизни. Так вот, это не этот оптимизм. Я имею ввиду такой глубинный оптимизм. Короткая история про человека, который это прочувствовал. 

2008 год, Литва. Тренинг для строительных компаний на тему «Счастье в деятельности». 2008 год помните, что было? Кризис. В Литве он начался со стройки. В зале сидят люди, которые потеряли только что свои компании. И нужно про счастье в ними поговорить. У меня голос дрожащий, я нервничаю, переживаю, волнуюсь. То, что я смог из себя выдавить: «Расскажите мне, как вы живете, что в этой ситуации, чему вас ситуация учит, что вы в ней находите?» И встает мужик. Если метафора – то такой боевой, бойцовский котяра «обкусанные уши, весь в шрамах», ему 55 лет, бывалый, стрелянный. Потом оказалось, что у него черный пояс по каратэ, 5 своих компаний – вот такой вот мужчина. И говорит: «Знаешь, у меня вот очень интересное осознание в этом кризисе. Если раньше была какая-нибудь сложность в жизни, меня это часто выбивало из седла. Я прямо разбирался, думал, ночами не спал – как же так, что же происходит, как с этим справиться. Он говорит: «За последнее время в этом кризисе этого добра было столько, что выработался безусловный рефлекс». Когда появляется что-то такое, что кажется очень сложным, очень большой проблемой, я прямо вглядываюсь в это и вот там внутри этих сложностей нахожу то, на что я могу опереться. Вот это суть глубинного оптимизма. Это не отвлечься от плохого, это всмотреться сюда и там найти точку опоры. Это не про «страуса не пугайте, пол бетонный». Чтобы для себя эту штуку прочувствовать, нужно два фильма посмотреть на выходных – первый называется «Полианна», про маленькую девочку. А второй называется «На грани», фильм с Энтони Хопкинсом, где голыми руками человек медведя убивает. Вот то общее, что есть между ними – это оптимизм. Первый фактор, первый доступ: как бы там ни было, я найду на что опереться. 

Вторая штука – это история про поток. Поток. Кто слышал, знает, читал Михайи Чиксентмихайи, поднимите руки, если такие есть. Человек потратил всю свою жизнь на то, чтобы исследовать пиковые состояния сознания. Вот от Норвегии до Зимбабве, 100 стран один и тот же вопрос: «Что вы чувствуете, когда вы на пике своей эффективности?» Вот штангист поднял самую тяжелую штангу в своей жизни – что вы чувствуете? Композитор написал симфонию, он говорит: «Не я написал, просто пришло, я только записал». Доярка подоила корову так, что она улыбается, корова улыбается и это еще вместе происходит, да – ну прямо такой момент максимальной, высшей эффективности. Люди на разных языках говорили одно и то же: «Я в ударе, я на волне, все само получается, все складывается». И чаще всего звучало слово «flow» - я в потоке. «Поток – это состояние, когда каждое движение, действие, мысль следуют одна за другой – как будто играешь джаз», - говорит Чиксентмихайи. И вот сегодня есть такой тренд, сдвиг от тайм-менеджмента – как этим временем управлять к стейт-менеджменту – к искусству быть в нужном состоянии, делаю свою работу. Короткая история про это следующая. Работаем с мужчиной в личном коучинге по скайпу – такое вот не очень качественное изображение и он говорит: «У меня большая проблема – перевели в новый филиал, с серьезным повышением, было 700 человек в подчинении, стало 1500, другой совершенно рынок и топовая команда, которая ждала не меня, они ждали другого человека. И я понимаю, что меня начинают «сливать» и потихонечку, потихонечку делают так, что вот какие-то решения принимаются другие… Я говорю одно – делают другое, чувствую, что меня выдавливают и что делать – не понимаю». Вот такая вот история. Говорю: «Слушай, а как это проявляется?» Ну как – вот на совещании сидим, я им чего-то говорю – говорит он вот так, они как-то немножко цепенеют, пальцами друг на друга показывают, я им продолжаю что-то рассказывать, они выходят из кабинета, а я остаюсь с чувством неудовлетворенности, потому что не знаю, что они пошли делать. Я ему говорю: «Слушай, а ты им, когда говоришь, ты вот такой?» Он говорит: «В общем-то, да, я вот такой» - «Ты вот так прямо на них давишь?» Он говорит: «В общем-то, мы с ними так общаемся, да». А я знаю, что он очень хороший переговорщик. Вообще он такой B to B продавец классный как бы. Слушай, а какой ты, когда успешную сделку осуществляешь, как ты себя чувствуешь? Мужик меняется в лице, через скайп видно. Он говорит: «Когда я вхожу в кабинет, где крутая сделка, я захожу вот такой, я вот так вот всех обнимаю и у меня внутри единственное - «слушайте, ну мы с вами точно договоримся». Вот он другой. То, что человек делал следующий месяц – он отслеживал положение свой попы на стуле! Я вот такой (показывает наклоненную, нависающую фигуру) – на людей давлю или я вот такой (показывает фигуру с открытыми руками) – людей обнимаю. Вот на такой маленькой истории, на этом состоянии, которое я ощущаю – происходят прорывы. Человек реально выстроил команду. Потому что когда он такой (поза с широко распахнутыми руками) – широкий, теплый, спокойный, расслабленный – ему невозможно ничего противопоставить, с ним невозможно как-то интриговать – просто все вовлекаемся, мы все внутри – это уже наша общая свадьба получается. Если вам важно свое эталонное состояние, которое вы знаете про себя, в деятельности поймать, почувствовать и в нем быть, когда вы что-то делаете – это может быть ваша «галочка». 

Следующая штука «смысл». В работе есть счастье, если в ней есть смысл – если ты понимаешь ответ на вопрос: «Зачем ты делаешь то, что делаешь?» Но что очень важно – этот ответ не интеллектуальный. Это не -  «я написал свою личную миссию, повесил на бронзовой табличке, она там теперь висит». Это ответ всем телом. Вот ты действительно формулируешь, чувствуешь, чего хочет каждая клеточка твоего тела.

История об этом. Работаем мы с мужчиной, ему 40 лет, у него бизнес оборотом 1,7 млрд. рублей. Кажется, что успешная крутая компания, они делают прикольные гаджеты, внешне прямо все красиво. Я прихожу к нему, обсуждаем метафору его работы. Он говорит: «Это шикарный лайнер, белый лайнер в океане, едет шикарная компания. Я в трюме этого лайнера, весь перемазанный мазутом, у меня постоянно какие-то механизмы, шестеренки ломаются, оттуда вырывается пар, я это все затыкаю собой, я постоянно «на стреме», чтобы компанию как-то удерживать, чтобы этот лайнер плыл». И это правда: у него 300 звонков в день, он постоянно должен операционно всем этим управлять, он как бы «растянут» на свой должности, на своей работе, там очень больно. Мы с ним работаем и работаем с темой «а кто ты через 10 лет»? В чем смысл-то, что ты, зачем ты, чего ты хочешь? И идем в прошлое, он рассказывает про свой опыт, как он работал, как он уходил из компании, из найма, строил свой первый бизнес – у него уже третья, четвертая история. И то, что у него выкристаллизовывается внутри, что он всю жизнь делал все, чтобы быть свободным. Он поэтому компанию строил, что ему очень важна свобода – я хочу так, как я хочу, что мне важно, хочу делать то, как и что мне важно. И когда он увидел, ну он сопоставил – что ради свободы все делает, а сейчас вот так – он очень разозлился. Это не про счастье, не про «как все классно». Желваки играют, и он начал такое движение делать (показывает), он так стал двигаться и говорит: «Блин, я же, мне же важно быть свободным». А я ему: «Слушай, а что ты так вот делаешь, из стороны в сторону, как боксер. Ты боксер что ли?». Да я вообще боксом занимался раньше, говорит. Что дальше произошло? Он пошел на бокс, приходит через две недели, говорит, что «Филипп, вообще уникальная штука, у меня жизнь изменилась, когда я все это увидел. Все, что я вот в этом трюме сижу, у меня вот все эти задачи, которые вокруг меня – это все так вот съежилось до размера моей ладони. Я понял, что 5 задач всего есть, на которые есть команда, которая может их делать, потому что я не даю последние 5 лет этого делать. Когда я понял, что мне важна свобода, у меня меняются приоритеты, меняются ценности внутри!» Это не через голову, это через ощущения делается. Все это съежилось. Мы потеряли потом контакт, он через год в Америку уехал, потом вернулся. Результат – к чему человек пришел? С 18 часов работы в день – до трех. Оборот 2,4 млрд., за год они выросли. Старший собственник, с которым у него было напряженное состояние, совершено спокойно с ним договаривается, открывая дверь ногой,  потому что опора другая стала. Он раньше был привязан к своей деятельности и был весь в нее вложен. Сейчас я понимаю – я здесь, чтобы быть свободным. Ребят, вы меня не заставите делать никакие проекты, если это мою свободу у меня забирает. Когда я говорю про смысл – это вот такая штука. Если вам важно опереться в том, что вы делаете на что-то более глобальное, более глубокое, лучшая книга для этого – это книга Виктора Франкла «Человек в поисках смысла». Прочитайте ее. Психолог в концлагере – это может быть поворотной точкой. У нас всего полчаса, я стараюсь, чтобы какая-то дорожка могла продолжить отсюда дальше, может быть это будет точкой опоры. Поставьте галочку, если этот вход может быть вашим входом сейчас. 

Следующая история – про Индонезию и про развитие. Развитие. Мы счастливы, если мы учимся в том, что мы делаем. Как только сказал, что я крутой, как только я все знаю, ты забронзовел – ты мгновенно начинаешь выходить в тираж. Любая живая система либо развивается, либо разрушается. Есть ли в том, что я делаю инстинкт ученика, интересно ли мне, любопытно ли мне? Я выступал на форуме в Новой Зеландии «Incredible Age», там был мастер-класс на полтора часа про счастье в деятельности. Через 3 года снова позвали туда же, я выступаю, подходит женщина, которой 65 лет, она говорит: «Я должна вам что-то сказать. Я была в прошлый раз на вашем мастер-классе, вы одну практику дали, она перевернула мою жизнь». Она говорит: «Вы когда рассказывали про этот лепесток, вы дали практику «10 уроков». Ну, такая элементарная, вот такой лайфхак – когда заканчиваешь день, закончи его тем, что записываешь 10 уроков дня – чему ты научился, посмотри, что твое внимание привлекает, что тебя интересует, где твое любопытство. Ну, в общем, обычная практика. Я, говорит, приехала на тот форум, была на грани выгорания. Я – финансист, и я прямо не знала куда мне в окно или дверь выйти. Приехала на форум. И вот она говорит, что стала просто от безысходности эту штуку делать. Писала неделю и заметила, что все, что пишет, никакого отношения к финансам вообще не имеет. Все, что мне интересно, то, что я записываю, то, чему я учусь – это геополитика. Мне интересно, что происходит в политической системе. Я, говорит, книжку потом про это написала. Я остаюсь финансовым, я никуда не ушла, не покрасилась балончиком, на Гоа не уехала. Да, я осталась финдиром, потому что этой мой доступ к этому уровню кабинетов, этому уровню разговоров – мне очень интересно, как макросистема работает. Вот внутреннее переопределение того, чем я занимаюсь. Поэтому для многих людей эта ниточка к контакту с собой в том, что я делаю, может быть, через то, а чему я учусь, что я открываю, что действительно для меня интересно и любопытно в поддержку того, что я делаю? Если это отзывается, поставьте для себя галочку, может быть, это будет ваш вход. 

Следующая штука про любовь. Любовь. По сути, то, что ты делаешь, может быть наполнено двумя вещами. Либо это страх, и ты боишься, что что-то нужно взять, урвать, ты это из страха делаешь. Либо это любовь. Для многих людей именно качества отношения на работе – это то, что делает их счастливыми. Есть те, про которых говоришь: «Он как сыр в масле катается», да. Ему прямо хорошо с коллегами, хорошо с людьми. У тех, у кого чёрный пояс на эту тему, да, они могут любить даже своих врагов. Есть такие переговорщики, их в танках взрывают, а они говорят: «Если я его не люблю - я его не чувствую, а это значит, я уже проиграл». Это принцип айкидо, я должен любить того, с кем работаю. 

И история про любовь. Работаю с HR-ом, крупная компания, женщина, ей там 45-47 лет, она HR в серийных, крупных компаниях (там топ-10 топ-15 брендов). И выгорание, потеря смысла. Вслушайтесь в язык метафор, человек говорит: «Я хочу построить компанию по-настоящему крутую, я по всем конференциям по всему миру езжу, собираю лучшие практики, лучшие кейсы, то, что действительно интересно; я выдерживаю полугодовые баталии с менеджерами, чтобы у нас это внедрилось. И дальше я наблюдаю как в течение двух-трёх месяцев всё, что мы сделали с таким трудом, всасывается в тёмное болото абсолютной бессмысленной бюрократии; как это извращается и превращается в ещё один совершенно дебильный бизнес-процесс, в котором нет никакого смысла. Я совершенно устала от борьбы с этой системой, больше не могу». Что она нашла через любовь, через такую работу с собой? Она пришла к тому, что я - HR директор, я  - психолог, я - консультант, учена-переучена, навыки очень крутые. Ко мне в кабинет каждый день заходят 150 человек и всем что-то нужно, они все что-то просят, они все приходят с какой-то болью. Что, если я буду каждому из них просто помогать? Вот прямо здесь сердце открываю и прямо здесь нахожусь с человеком - я здесь для тебя. Она говорит, это вообще в корне изменило всё, что происходит. Человек заходит, я с ним пообщалась - мне тепло, ему хорошо, вот прям есть контакт. Он уходит, дальше это в компанию несёт, начинаются круги по воде. А ко мне из других департаментов начинают приходить люди, создаются связи, без выстрелов теперь получается гораздо больше сделок.

Да, очень часто для многих застресованных профессионалов ключ в том, чтобы просто быть в моменте вместе с тем, с кем ты общаешься, выдерживать эту глубину контакта. Очень для многих это может быть трансформационный лепесток. И для меня каждый раз через это проходит каждый скачок в результатах - он через то, что еще ближе людям, ещё глубже, ещё честнее. Ну, вот про это. Такая история. Если это ваша штука - поставьте себе галочку.

Следующий лепесток – это история про игру. Играть, игра. У каждого из нас есть режим рабочей «запары», когда работа это от слова раб, тяжело и серьезное лицо. Самые ужасные вещи на планете делаются с серьезным лицом. Если ты такой, дальше уже всё понятно, всё – день уже понятен. И у каждого есть какой-то свой формат, когда ты играешь. Кто-то - баскетболист, 3 на 3, очень энергичный, телесный, конкурентный. Кто-то больше художник, вот он замирает, когда рисует, мазки кладёт на холст. Кто-то шахматист, он партию сложную выстраивает. У кого-то шахматы это итальянские шахматы, когда «ухи больно», это такая игра больше про общение.

Вот пример игры - работаем расширенной стратсессией в 70 человек, крупный западный бизнес в России, они предвидят, что на рынке будет спад и нужно сильно порезать «косты». Мы работаем с руководителем и думаем (а это уже третья часть сессии), как поставить задачу на уменьшение затрат. Кто в компании работает, тот понимает, что это всегда болезненная история. Все, кто будут урезаться, будут говорить: «Мне нечего больше резать». Все упираются в этот момент. И потом к чему приходят? Просто сверху говорит первое лицо - все 20% минус, как хотите. Такие прямые решения принимаются, в которых компания проигрывает - увольняют людей там, где можно было этого не делать и так далее. Потом набирают снова, это серийная штука. Что делает директор? Он руки в карманы, он заходит в зал, а там группы сидят, сколько там вот 70 человек - 10 групп. «Слушайте, ребят, сейчас нужно будет ужиматься, сушиться, и нужно будет найти 18 млн долларов.  Вам сейчас 10 минут - найдите 18 млн долларов, время пошло».  Понимаете, он так это говорит, в нем настолько внутри, в теле есть эта история, что найти 18 млн – ерунда. Да, и вот он ходит и говорит: «Вот вы сколько нашли?» - «У нас 5», - «Так, а у вас сколько?» - «У нас там 17». Проходит по группам и из этой штуки был составлен реальный план сокращения затрат без увольнения людей! Это потом в Японии, в штаб-квартире, называли «русским чудом», когда на энергии игры ты можешь сделать какие-то вещи, которые недоступны тебе из другого состояния. Вот вспомнить себя ребенком. Книга Стюарта Брауна, такой Serious play institute об этом. Может быть, в этом для вас может быть точка входа. Если это так, если это про игру для вас, то поставьте галочку. 

Последний лепесток называется «влиять». Это история про бабу Любу. Знаете, в интернете пару лет назад был довольно мощный рассказ, который ходил по сети. Коротко расскажу про что это. Мне повезло, я работаю на разных уровнях компаний и очень часто вижу людей, которым кажется, что они ни на что не влияют. Понимаете, вот мнение сотрудников: на что мы тут влияем? У нас руководитель наш с головой не дружит, что-то навешивает нам, я, как могу, делаю, ну, конечно, ерунда полная получается. Когда говоришь с руководителем, он говорит: «Мне вообще плохо, у меня эти мидлы - семь пятниц на неделе, вообще жизни не понимают и не знают, что на земле происходит. Я между молотом и наковальней должен разбираться в этом во всём». С мидлами общаюсь, они говорят: «У нас топ-менеджеры вообще реально космонавты - у них какая-то своя политика, какая-то шашня, мы делаем нормальный проект, да, а там внизу у нас ещё эти три слова, и никого, ничего не сдвинешь.  Поэтому нам сложнее, мы тут ни на что не влияем». Топы говорят: «Ну, знаешь, как у нас тут все делается? Ты думаешь, мы на что-то влияем здесь?» Есть он - CEO. Он берёт человека, макает его в краску, на флипчарте начинает им что-то рисовать, свое решение. Человеку неудобно, мокро, плохо, он выкручивается - получается криво, все коллеги смотрят, как это происходит, все выходят из зала в итоге, поправляют пиджак, ну как-то так у нас это происходит. Без иллюзий, я вот тут - коммерческий директор ни на что не влияю точно. Я работаю лично глубоко с CEO. Он говорит: «Если честно, я вообще ни на что не влияю. Акционеры, да, им заранее всё понятно, кому будем продаваться. Я этим не могу сказать ничего, там всё уже решено». Самое страшное, до мурашек - когда приходишь к акционерам, они говорят: «Я вообще не знаю, что там происходит, обезьяна с гранатой, мне бы свои деньги как-нибудь вернуть. Я не знаю когда смогу это сделать». Никто ни на что не влияет. А вот история про бабушку Любу. Это реальная история. Окраина города, город-миллионник, хрущёвки стоят, всё исписано, граффити разрисовано. Живет бабушка, ей 87 лет. И что-то ее там закоротило, замкнуло, и она решила, облагородить свою лестницу. Она поставила горшки с геранью на лестнице. Пришли хулиганы, там все неблагополучно вокруг, горшки на землю, об пол разбили, всё раскидали, вот типа - посмотрите. Она приходит, всё это убирает, аккуратненько сметает, ставит новые горшки и новые цветы. Они приходят – это, кажется игра - всё снова на землю, всё разбросали. Она повесила цитаты великих людей типа, дети, не надо так. Горшки на землю, цитаты об коленку - посмотри, полюбуйся. Она снова всё это собирает, снова вешает, ставит и дверь открывает, смотрит в щелку, что происходит. И приходят, она к ним выходит и говорит: «Ребятки, ну не надо так». Они смеются ей в лицо, снова всё это размешивают, об землю разбивают всё и уходят. Она всё собирает, ставит цветы, вешает, открывает дверь и ждет. Они приходят снова, она к ним выходит с чаем и пирогами. Они не могут сказать: «Пошла к черту». Они начинают пить чай, пирожки есть, выстраивается диалог, она выкладывает им книжки, там темно, лампочки разбитые (она покупает фонарик на свою пенсию), потому что дети там не от хорошей жизни такие, так время проводят. Когда всё это происходило, бабушке было жизни на 3 месяца, она ушла через 3 месяца. Но жильцы дома, в котором это все происходило, в подвале дома сделали буккроссинг - куда можно прийти почитать. Когда я смотрю, когда люди в этих ролях говорят, что мы ни на что не влияем, когда что-то там держится уже на очень тонкой ниточке – это очень важная для меня штука. Поэтому очень важно понимать, что эта точка влияния есть всегда. И если для вас важно увидеть, что даже если я работаю в какой-то компании, ситуации, у меня прямо все тяжело, всегда есть то, на что можно осмысленно влиять, и это будет выстраивать веру в себя, будет выстраивать что-то твердое внутри - стержень. Если это отзывается, поставьте себе галочку.

Я хотел изначально прийти к тому, чтобы можно было поговорить, и, выходя отсюда, может быть, если будет время перед мастер-классом, найдите кого-то, кто тоже был здесь и проговорите – какой лепесточек ваш, что кажется для вас вот этой дорожкой, по которой можно пойти, и почему это так.

Вернуться назад